Описание настеньки белые ночи

Мечтатель влюбился в девушку, а Настенька рассказывает ему о своей любви к другому человеку. Мечтатель молча любит девушку, мечтая о ее любви. Имеет хорошее образование, служит, видимо, в какой — то мелкой конторе, так как жалование у него очень низкое. Он незаметный и ненужный человек. Вся его жизнь превратилась в сплошные мечты, он не способен на действия, предпочитая находиться в постоянных грезах, в своем маленьком, призрачном мире.

Настенька - главная героиня произведения, она занимает основное место, благодаря ей развиваются все события. Она милая, доброжелательная. Настенька: характеристика и образ героини. Настенька Повесть «Белые ночи» - одно из ранних произведений Ф. М. Достоевского, которое посвящено.

Одинокий молодой человек живет только своими мечтами, в них есть и радость, и любовь - все то, чего не хватает ему в реальной жизни. Из повести мы узнаем, что молодой человек не богат, где-то служит, у него нет друзей. В одно прекрасное мгновенье в его жизни произошел случай, который заставил его понять, что реальность значительно лучше, чем грезы. В одну из своих вечерних мечтательных прогулок он познакомился с молоденькой девушкой 17 лет, премиленькой брюнеточкой, имя которой Настенька. Примечательно то, что Мечтатель поинтересовался ее именем только во вторую ночь знакомства. Настенька — важная героиня повести. Она миленькая, чувственная, ранимая и скромная девушка.

Настенька: характеристика и образ героини. Настенька Повесть «Белые ночи» - одно из ранних произведений Ф. М. Достоевского, которое посвящено. Достоевский в своей сентиментальной повести «Белые ночи» показывает маленькую часть жизни главного героя, именованого Мечтателем, в жизни.

Настенька: характеристика и образ героини

История создания[ править править код ] Повесть была написана Достоевским в сентябре-ноябре 1848 года. В это время Достоевский тесно сдружился с поэтом и писателем Алексеем Плещеевым , вместе с которым они состояли сначала в литературно-философском кружке Николая и Андрея Бекетовых, а позже и в кружке Михаила Петрашевского [1]. В дальнейшем повесть подверглась значительной переработке. В 1860 году при подготовке своего собрания сочинений Достоевский придал романтическим мотивам главного героя большую определённость путём переработки его монолога и включения в него пушкинских образов. Предполагается, что годы каторги Достоевский перестал верить в данное утверждение.

Презентация по литературе на тему "Образ Настеньки в повести Ф.Достоевского "Белые ночи" (9 класс)

Ночь первая[ править ] Была чудная ночь, такая ночь, которая разве только и может быть тогда, когда мы молоды, любезный читатель. Небо было такое звездное, такое светлое небо, что, взглянув на него, невольно нужно было спросить себя: неужели же могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди?

Это тоже молодой вопрос, любезный читатель, очень молодой, но пошли его вам господь чаще на душу!.. Говоря о капризных и разных сердитых господах, я не мог не припомнить и своего благонравного поведения во весь этот день. С самого утра меня стала мучить какая-то удивительная тоска. Мне вдруг показалось, что меня, одинокого, все покидают и что все от меня отступаются. Оно, конечно, всякий вправе спросить: кто ж эти все? Но к чему мне знакомства? Мне и без того знаком весь Петербург; вот почему мне и показалось, что меня все покидают, когда весь Петербург поднялся и вдруг уехал на дачу.

Мне страшно стало оставаться одному, и целых три дня я бродил по городу в глубокой тоске, решительно не понимая, что со мной делается.

Пойду ли на Невский, пойду ли в сад, брожу ли по набережной — ни одного лица из тех, кого привык встречать в том же месте, в известный час, целый год. Они, конечно, не знают меня, да я-то их знаю. Я коротко их знаю; я почти изучил их физиономии — и любуюсь на них, когда они веселы, и хандрю, когда они затуманятся.

Я почти свел дружбу с одним старичком, которого встречаю каждый божий день, в известный час, на Фонтанке. Физиономия такая важная, задумчивая; все шепчет под нос и махает левой рукой, а в правой у него длинная сучковатая трость с золотым набалдашником. Даже он заметил меня и принимает во мне душевное участие.

Случись, что я не буду в известный час на том же месте Фонтанки, я уверен, что на него нападет хандра. Вот отчего мы иногда чуть не кланяемся друг с другом, особенно когда оба в хорошем расположении духа.

Намедни, когда мы не видались целые два дня и на третий день встретились, мы уже было и схватились за шляпы, да благо опомнились вовремя, опустили руки и с участием прошли друг подле друга. Мне тоже и дома знакомы. Из них у меня есть любимцы, есть короткие приятели; один из них намерен лечиться это лето у архитектора.

Нарочно буду заходить каждый день, чтоб не залепили как-нибудь, сохрани его господи!.. Но никогда не забуду истории с одним прехорошеньким светло-розовым домиком. Это был такой миленький каменный домик, так приветливо смотрел на меня, так горделиво смотрел на своих неуклюжих соседей, что мое сердце радовалось, когда мне случалось проходить мимо.

У меня чуть не разлилась желчь по этому случаю, и я еще до сих пор не в силах был повидаться с изуродованным моим бедняком, которого раскрасили под цвет поднебесной империи. Итак, вы понимаете, читатель, каким образом я знаком со всем Петербургом. Я уже сказал, что меня целые три дня мучило беспокойство, покамест я догадался о причине его.

И на улице мне было худо того нет, этого нет, куда делся такой-то? Два вечера добивался я: чего недостает мне в моем углу? Я даже вздумал было призвать Матрену и тут же сделал ей отеческий выговор за паутину и вообще за неряшество; но она только посмотрела на меня в удивлении и пошла прочь, не ответив ни слова, так что паутина еще до сих пор благополучно висит на месте.

Наконец я только сегодня поутру догадался, в чем дело. Отворялось ли окно, по которому побарабанили сначала тоненькие, белые, как сахар, пальчики, и высовывалась головка хорошенькой девушки, подзывавшей разносчика с горшками цветов, — мне тотчас же, тут же представлялось, что эти цветы только так покупаются, то есть вовсе не для того, чтоб наслаждаться весной и цветами в душной городской квартире, а что вот очень скоро все переедут на дачу и цветы с собою увезут.

Мало того, я уже сделал такие успехи в своем новом, особенном роде открытий, что уже мог безошибочно, по одному виду, обозначить, на какой кто даче живет. Обитатели Каменного и Аптекарского островов или Петергофской дороги отличались изученным изяществом приемов, щегольскими летними костюмами и прекрасными экипажами, в которых они приехали в город.

Удавалось ли мне встретить длинную процессию ломовых извозчиков, лениво шедших с возжами в руках подле возов, нагруженных целыми горами всякой мебели, столов, стульев, диванов турецких и нетурецких и прочим домашним скарбом, на котором, сверх всего этого, зачастую восседала, на самой вершине воза, тщедушная кухарка, берегущая барское добро как зеницу ока; смотрел ли я на тяжело нагруженные домашнею утварью лодки, скользившие по Неве иль Фонтанке, до Черной речки иль островов, — воза и лодки удесятерялись, усотерялись в глазах моих; казалось, все поднялось и поехало, все переселялось целыми караванами на дачу; казалось, весь Петербург грозил обратиться в пустыню, так что наконец мне стало стыдно, обидно и грустно: мне решительно некуда и незачем было ехать на дачу.

Я готов был уйти с каждым возом, уехать с каждым господином почтенной наружности, нанимавшим извозчика; но ни один, решительно никто не пригласил меня; словно забыли меня, словно я для них был и в самом деле чужой! Я ходил много и долго, так что уже совсем успел, по своему обыкновению, забыть, где я, как вдруг очутился у заставы. Вмиг мне стало весело, и я шагнул за шлагбаум, пошел между засеянных полей и лугов, не слышал усталости, но чувствовал только всем составом своим, что какое-то бремя спадает с души моей.

Все проезжие смотрели на меня так приветливо, что решительно чуть не кланялись; все были так рады чему-то, все до одного курили сигары. И я был рад, как еще никогда со мной не случалось. Точно я вдруг очутился в Италии, — так сильно поразила природа меня, полубольного горожанина, чуть не задохнувшегося в городских стенах. Есть что-то неизъяснимо трогательное в нашей петербургской природе, когда она, с наступлением весны, вдруг выкажет всю мощь свою, все дарованные ей небом силы, опушится, разрядится, упестрится цветами… Как-то невольно напоминает она мне ту девушку, чахлую и хворую, на которую вы смотрите иногда с сожалением, иногда с какою-то сострадательною любовью, иногда же просто не замечаете ее, но которая вдруг, на один миг, как-то нечаянно сделается неизъяснимо, чудно прекрасною, а вы, пораженный, упоенный, невольно спрашиваете себя: какая сила заставила блистать таким огнем эти грустные, задумчивые глаза?

Вы смотрите кругом, вы кого-то ищете, вы догадываетесь… Но миг проходит, и, может быть, назавтра же вы встретите опять тот же задумчивый и рассеянный взгляд, как и прежде, то же бледное лицо, ту же покорность и робость в движениях и даже раскаяние, даже следы какой-то мертвящей тоски и досады за минутное увлечение… И жаль вам, что так скоро, так безвозвратно завяла мгновенная красота, что так обманчиво и напрасно блеснула она перед вами, — жаль оттого, что даже полюбить ее вам не было времени… А все-таки моя ночь была лучше дня!

Вот как это было. Я пришел назад в город очень поздно, и уже пробило десять часов, когда я стал подходить к квартире. Дорога моя шла по набережной канала, на которой в этот час не встретишь живой души. Правда, я живу в отдаленнейшей части города. Я шел и пел, потому что, когда я счастлив, я непременно мурлыкаю что-нибудь про себя, как и всякий счастливый человек, у которого нет ни друзей, ни добрых знакомых и которому в радостную минуту не с кем разделить свою радость.

Вдруг со мной случилось самое неожиданное приключение. В сторонке, прислонившись к перилам канала, стояла женщина; облокотившись на решетку, она, по-видимому, очень внимательно смотрела на мутную воду канала. Она была одета в премиленькой желтой шляпке и в кокетливой черной мантильке. Она, кажется, не слыхала шагов моих, даже не шевельнулась, когда я прошел мимо, затаив дыхание и с сильно забившимся сердцем. Мне послышалось глухое рыдание. Боже мой! У меня сердце сжалось.

И как я ни робок с женщинами, но ведь это была такая минута!.. Это одно и остановило меня. Но покамест я приискивал слово, девушка очнулась, оглянулась, спохватилась, потупилась и скользнула мимо меня по набережной.

Я тотчас же пошел вслед за ней, но она догадалась, оставила набережную, перешла через улицу и пошла по тротуару. Я не посмел перейти через улицу. Сердце мое трепетало, как у пойманной птички. Вдруг один случай пришел ко мне на помощь. По той стороне тротуара, недалеко от моей незнакомки, вдруг появился господин во фраке, солидных лет, но нельзя сказать, чтоб солидной походки.

Он шел, пошатываясь и осторожно опираясь об стенку. Девушка же шла, словно стрелка, торопливо и робко, как вообще ходят все девушки, которые не хотят, чтоб кто-нибудь вызвался провожать их ночью домой, и, конечно, качавшийся господин ни за что не догнал бы ее, если б судьба моя не надоумила его поискать искусственных средств.

Вдруг, не сказав никому ни слова, мой господин срывается с места и летит со всех ног, бежит, догоняя мою незнакомку. Она шла как ветер, но колыхавшийся господин настигал, настиг, девушка вскрикнула — и… я благословляю судьбу за превосходную сучковатую палку, которая случилась на этот раз в моей правой руке. Я мигом очутился на той стороне тротуара, мигом незваный господин понял, в чем дело, принял в соображение неотразимый резон, замолчал, отстал и только, когда уже мы были очень далеко, протестовал против меня в довольно энергических терминах.

Но до нас едва долетели слова его. Она молча подала мне свою руку, еще дрожавшую от волнения и испуга. О незваный господин! Я мельком взглянул на нее: она была премиленькая и брюнетка — я угадал; на ее черных ресницах еще блестели слезинки недавнего испуга или прежнего горя, — не знаю. Но на губах уже сверкала улыбка. Она тоже взглянула на меня украдкой, слегка покраснела и потупилась. Если б я был тут, ничего бы не случилось… — Но я вас не знала: я думала, что вы тоже… — А разве вы теперь меня знаете?

Вот, например, отчего вы дрожите? Точно, я робок с женщинами, я в волненье, не спорю, не меньше, как были вы минуту назад, когда этот господин испугал вас… Я в каком-то испуге теперь. Точно сон, а я даже и во сне не гадал, что когда-нибудь буду говорить хоть с какой-нибудь женщиной.

Я совсем отвык от женщин; то есть я к ним и не привыкал никогда; я ведь один… Я даже не знаю, как говорить с ними. Вот и теперь не знаю — не сказал ли вам какой-нибудь глупости? Скажите мне прямо; предупреждаю вас, я не обидчив… — Нет, ничего, ничего; напротив.

И если уже вы требуете, чтоб я была откровенна, так я вам скажу, что женщинам нравится такая робость; а если вы хотите знать больше, то и мне она тоже нравится, и я не отгоню вас от себя до самого дома. Посудите, кто я! Ведь вот уж мне двадцать шесть лет, а я никого никогда не видал. Ну, как же я могу хорошо говорить, ловко и кстати?

Вам же будет выгоднее, когда все будет открыто, наружу… Я не умею молчать, когда сердце во мне говорит. Ну, да все равно… Поверите ли, ни одной женщины, никогда, никогда!

Никакого знакомства! Ах, если б вы знали, сколько раз я был влюблен таким образом!.. Я создаю в мечтах целые романы. О, вы меня не знаете! Правда, нельзя же без того, я встречал двух-трех женщин, но какие они женщины? Что, наконец, и все, чего я требую, состоит в том только, чтоб сказать мне какие-нибудь два слова братские, с участием, не отогнать меня с первого шага, поверить мне на слово, выслушать, что я буду говорить, посмеяться надо мной, если угодно, обнадежить меня, сказать мне два слова, только два слова, потом пусть хоть мы с ней никогда не встречаемся!..

Но вы смеетесь… Впрочем, я для того и говорю… — Не досадуйте; я смеюсь тому, что вы сами себе враг, и если б вы попробовали, то вам бы и удалось, может быть, хоть бы и на улице дело было; чем проще, тем лучше… Ни одна добрая женщина, если только она не глупа или особенно не сердита на что-нибудь в ту минуту, не решилась бы отослать вас без этих двух слов, которых вы так робко вымаливаете… Впрочем, что я!

Я ведь судила по себе. Сама-то я много знаю, как люди на свете живут! Но скажите мне, почему вы узнали, что я такая женщина, с которой… ну, которую вы считали достойной… внимания и дружбы… одним словом, не хозяйка, как вы называете. Почему вы решились подойти ко мне? Но вы были одни, тот господин был слишком смел, теперь ночь: согласитесь сами, что это обязанность… — Нет, нет, еще прежде, там, на той стороне.

Белые ночи

Рейтинг материала: 1,0 голосов: 1 Описание презентации по отдельным слайдам: 1 слайд Образ Настеньки в повести Ф. Мечтатель и Настенька в "Белых ночах" - два главных персонажа в этой повести. Конечно, как часто это бывает у Достоевского, третьим персонажем является город Петербург. Это юная девушка в возрасте 17 лет. Настенька, как и Мечтатель, живет в Петербурге со слепой бабушкой.

Ф. Достоевский. «Белые ночи»: Образ Настеньки

Я обманула и вас и себя. Эта был сон, призрак... Я изныла за вас сегодня; простите, простите меня!.. Не обвиняйте меня, потому что я ни в чем не изменилась пред вами; я сказала, что буду любить вас, я и теперь вас люблю, больше чем люблю. О боже! О, если б вы были он! Я знаю, что вам тяжело и грустно. Я оскорбила вас, но вы знаете — коли любишь, долго ли помнишь обиду. А вы меня любите! Потому что в памяти моей она напечатлелась, как сладкий сон, который долго помнишь после пробуждения; потому что я вечно буду помнить тот миг, когда вы так братски открыли мне свое сердце и так великодушно приняли в дар мое, убитое, чтоб его беречь, лелеять, вылечить его...

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Образ мечтателя в повести Ф.М. Достоевского Белые ночи

Белые ночи (повесть)

Ночь первая[ править ] Была чудная ночь, такая ночь, которая разве только и может быть тогда, когда мы молоды, любезный читатель. Небо было такое звездное, такое светлое небо, что, взглянув на него, невольно нужно было спросить себя: неужели же могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди? Это тоже молодой вопрос, любезный читатель, очень молодой, но пошли его вам господь чаще на душу!.. Говоря о капризных и разных сердитых господах, я не мог не припомнить и своего благонравного поведения во весь этот день. С самого утра меня стала мучить какая-то удивительная тоска.

Повесть “Белые ночи” – одно из самых трогательных и романтичных Настенька «Белых ночей» – сирота, то есть лицо, как мы бы сейчас сказали,​. В повести Достоевского «Белые ночи» рассказывается о двух молодых людях, Главные герои «Белых ночей» – мечтатель и Настенька, которые В этом списке дано краткое описание персонажей и характеристика героев из. Пользователь Kristina задал вопрос в категории Другие предметы и получил на него 3 ответа.

Она напоена ароматом весны и наполнена любовью и сентиментальностью. И причиной тому образы главных героев повести — Мечтателя и Настеньки. Она очень юна и очень трогательна. Описывая свою героиню, автор часто употребляет слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами.

«Белые ночи» главные герои

Читатель знакомится с Настенькой вскоре после того как в повесть вводится главный герой — Мечтатель. Юноша замечает красивую молоденькую брюнетку на одном из мостов Петербурга. Премиленькая девушка в кокетливом наряде диссонирует с образом города, к тому же её начинает преследовать какой-то назойливый господин с весьма недвусмысленной целью, и Мечтатель спасает девушку. Настенька сразу же демонстрирует новому знакомому всю свою открытость, ребячливость и простодушие — рассказывает всю историю своей жизни. Характеристика героини Людмила Марченко в роли Настеньки в фильме "Белые ночи" 1959 Настенька сразу же демонстрирует новому знакомому всю свою открытость, ребячливость и простодушие — рассказывает всю историю своей жизни.

Образ Настеньки в повести Достоевского «Белые ночи»

.

Белые ночи (Достоевский)

.

Настенька (Белые ночи)

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Белые ночи, Достоевский Ф М
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 0
  1. Пока нет комментариев...

Добавить комментарий

Отправляя комментарий, вы даете согласие на сбор и обработку персональных данных