В астафьева фотография на которой меня нет

Фотография, на которой меня нет Краткое содержание Фотография, на которой меня нет Астафьева Посреди глухой зимы в сибирской деревне прошла волнующая новость: из города приезжает фотограф, чтобы сделать снимок местных школьников. Вите и его другу Саньке придётся сесть сзади, ведь они всегда учились плохо. От досады ребята пошли кататься на санках с крутого обрыва и вернулись домой промокшие и в снегу. Ночью у Вити заболели ноги. Но всё это не помогло, и на утро, когда пришёл Санька, мальчик не смог встать с печи. Бабушка ругала Саньку за то, что он уговорил её внука кататься, и мальчик принял серьёзное решение: раз его друг не может фотографироваться, то и он не пойдёт.

«Фотография, на которой меня нет» – рассказ Виктора Астафьева, написанный в году. В основном, произведение является автобиографическим. Прототипом главного героя стал сам писатель. Портрет Астафьева Фотография, на которой меня нет По всему выходило, что меня и левонтьевского Саньку посадят в самый последний, задний.

Из города на подводе приехал фотограф! И не просто так приехал, по делу — приехал фотографировать. И фотографировать не стариков и старух, не деревенский люд, алчущий быть увековеченным, а нас, учащихся овсянской школы. Фотограф прибыл за полдень, и по этому случаю занятия в школе были прерваны. Учитель и учительница — муж с женою — стали думать, где поместить фотографа на ночевку.

Портрет Астафьева Фотография, на которой меня нет По всему выходило, что меня и левонтьевского Саньку посадят в самый последний, задний. Рассказ опубликован в сборнике «Далекая и близкая сказка». Книга классика отечественной литературы адресована подрастающему поколению.

Аудиокниги слушать онлайн

Главный герой Витя и его друг Санька обиделись, что их собираются посадить в конце и убежали на увал кататься на санках. Витя заболел и не смог сфотографироваться. Позже учитель принес ему фотографию, на которой Вити не было, и мальчик всегда бережно хранил ее. Главная мысль. Старые довоенные фотографии — это народная летопись, и их надо беречь. С фотографией связано много воспоминаний. В этой книге главным героем является мальчик Витя, сирота.

Пожалуйста, подождите пару секунд, идет перенаправление на сайт...

Из города на подводе приехал фотограф! И не просто так приехал, по делу — приехал фотографировать. И фотографировать не стариков и старух, не деревенский люд, алчущий быть увековеченным, а нас, учащихся овсянской школы. Фотограф прибыл за полдень, и по этому случаю занятия в школе были прерваны. Учитель и учительница — муж с женою — стали думать, где поместить фотографа на ночевку. Сами они жили в одной половине дряхленького домишка, оставшегося от выселенцев, и был у них маленький парнишка-ревун.

Бабушка моя, тайком от родителей, по слезной просьбе тетки Авдотьи, домовничавшей у наших учителей, три раза заговаривала пупок дитенку, но он все равно орал ночи напролет и, как утверждали сведущие люди, наревел пуп в луковицу величиной. Во второй половине дома размещалась контора сплавного участка, где висел пузатый телефон, и днем в него было не докричаться, а ночью он звонил так, что труба на крыше рассыпалась, и по телефону этому можно было разговаривать.

Сплавное начальство и всякий народ, спьяну или просто так забредающий в контору, кричал и выражался в трубку телефона. Такую персону, как фотограф, неподходяще было учителям оставить у себя.

Решили поместить его в заезжий дом, но вмешалась тетка Авдотья. Она отозвала учителя в куть и с напором, правда, конфузливым, взялась его убеждать: — Им тама нельзя. Ямщиков набьется полна изба. Пить начнут, луку, капусты да картошек напрутся и ночью себя некультурно вести станут.

Я мигом! Фотограф был пристроен на ночь у десятника сплавконторы. Жил в нашем селе грамотный, деловой, всеми уважаемый человек Илья Иванович Чехов. Происходил он из ссыльных. Ссыльными были не то его дед, не то отец. Сам он давно женился на нашей деревенской молодице, был всем кумом, другом и советчиком по части подрядов на сплаве, лесозаготовках и выжиге извести.

Фотографу, конечно же, в доме Чехова — самое подходящее место. Там его и разговором умным займут, и водочкой городской, если потребуется, угостят, и книжку почитать из шкафа достанут. Вздохнул облегченно учитель. Ученики вздохнули. Село вздохнуло — все переживали. Всем хотелось угодить фотографу, чтобы оценил он заботу о нем и снимал бы ребят как полагается, хорошо снимал.

Весь длинный зимний вечер школьники гужом ходили по селу, гадали, кто где сядет, кто во что оденется и какие будут распорядки. Решение вопроса о распорядках выходило не в нашу с Санькой пользу. Прилежные ученики сядут впереди, средние — в середине, плохие — назад — так было порешено. Ни в ту зиму, ни во все последующие мы с Санькой не удивляли мир прилежанием и поведением, нам и на середину рассчитывать было трудно.

Быть нам сзади, где и не разберешь, кто заснят? Ты или не ты? Мы полезли в драку, чтоб боем доказать, что мы — люди пропащие… Но ребята прогнали нас из своей компании, даже драться с нами не связались. Тогда пошли мы с Санькой на увал и стали кататься с такого обрыва, с какого ни один разумный человек никогда не катался. Ухарски гикая, ругаясь, мчались мы не просто так, в погибель мчались, поразбивали о каменья головки санок, коленки посносили, вывалялись, начерпали полные катанки снегу.

Бабушка уж затемно сыскала нас с Санькой на увале, обоих настегала прутом. Ночью наступила расплата за отчаянный разгул — у меня заболели ноги. Но стоило мне застудить ноги, начерпать в катанки снегу — тотчас нудь в ногах переходила в невыносимую боль. Я долго терпел, чтобы не завыть, очень долго. Раскидал одежонку, прижал ноги, ровно бы вывернутые в суставах, к горячим кирпичам русской печи, потом растирал ладонями сухо, как лучина, хрустящие суставы, засовывал ноги в теплый рукав полушубка — ничего не помогало.

И я завыл. Сначала тихонько, по-щенячьи, затем и в полный голос. Так я и знала! Он бабушку послушат? Он добрым словам воньмет? Загибат теперь! Загибат, худа немочь! Мольчи лучше! Собственная боль действует на нее усмиряюще. Припугнутый ее голосом и отвлеченный ожиданиями, я впал в усталую дрему. Потом долго натирала мои ноги нашатырным спиртом.

Спирт она втирала основательно, досуха, и все шумела: — Я ли тебе не говорила? Я ли тебя не упреждала? Эк его крюком скрючило? Посинел, будто на леде, а не на пече сидел… Я уж ни гугу, не огрызался, не перечил бабушке — лечит она меня.

Выдохлась, умолкла докторша, заткнула граненый длинный флакон, прислонила его к печной трубе, укутала мои ноги старой пуховой шалью, будто теплой опарой облепила, да еще сверху полушубок накинула и вытерла слезы с моего лица шипучей от спирта ладонью.

Заодно бабушка свою поясницу и свои руки-ноги натерла вонючим спиртом, опустилась на скрипучую деревянную кровать, забормотала молитву Пресвятой Богородице, охраняющей сон, покой и благоденствие в дому. На половине молитвы она прервалась, вслушивается, как я засыпаю, и где-то уже сквозь склеивающийся слух слышно: — И чего к робенку привязалася? Обутки у него починеты, догляд людской… Не уснул я в ту ночь. Ни молитва бабушкина, ни нашатырный спирт, ни привычная шаль, особенно ласковая и целебная оттого, что мамина, не принесли облегчения.

Я бился и кричал на весь дом. Бабушка уж не колотила меня, а перепробовавши все свои лекарства, заплакала и напустилась на деда: — Дрыхнешь, старый одер!.. А тут хоть пропади! Че делать-то? Экой барин! Чо ишшэш? Вчерашний день ишшэш? Вон твои рукавицы. Вон твоя шапка!.. Утром бабушка унесла меня в баню — сам я идти уже не мог.

Долго растирала бабушка мои ноги запаренным березовым веником, грела их над паром от каленых камней, парила сквозь тряпку всего меня, макая веник в хлебный квас, и в заключение опять же натерла нашатырным спиртом.

Дома мне дали ложку противной водки, настоянной на борце, чтоб внутренность прогреть, и моченой брусники. После всего этого напоили молоком, кипяченным с маковыми головками.

Больше я ни сидеть, ни стоять не в состоянии был, меня сшибло с ног, и я проспал до полудня. Разбудился от голосов. Санька препирался или ругался с бабушкой в кути. А он слег… — Бабушка Катерина, машину, аппарат наставили. Меня учитель послал. Бабушка Катерина!.. Постой-ко, это ведь ты, жиган, сманил его на увал-то! Плюхнулся я возле лавки на пол. Бабушка и Санька тут как тут. Штаны давай! Все равно пойду! С печки на полати, — покачала головой бабушка и незаметно сделала рукой отмашку,чтоб Санька убирался.

Не уходи-и-и! Бабушка поддерживала меня и уже робко, жалостливо уговаривала: — Ну, куда пойдешь-то? Давай рубаху! Шапку давай!..

Вид мой поверг и Саньку в удручение. Он помялся, помялся, потоптался, потоптался и скинул с себя новую коричневую телогрейку, выданную ему дядей Левонтием по случаю фотографирования.

И мне почудилось: не столько уж меня, сколько себя убеждал Санька. Поедем в город и на коне, может, и на ахтомобиле заснимемся. Правда, бабушка Катерина? Я сама, не сойти мне с этого места, сама отвезу вас в город, и к Волкову, к Волкову. Знаешь Волкова-то? Санька Волкова не знал. И я тоже не знал. Он хочь на портрет, хочь на пачпорт, хочь на коне, хочь на ероплане, хочь на чем заснимет!

Анализ «Фотография, на которой меня нет» Астафьев

Сюжет В маленькую деревеньку приезжает настоящий фотограф, чтобы сделать большую фотографию всех ребят - учеников местной школы. Это величайшее событие в жизни сельчан. Витя и Саня вечером в знак протеста, поскольку они не слишком прилежные ученики и не могут претендовать на лучшие места перед камерой, пошли кататься на речку и там Витя серьезно застудил ноги. Всю ночь он кричал от боли, и всю ночь бабушка ухаживала за ним и лечила его ноги всеми доступными ей средствами.

Фотография, на которой меня нет

И близких всех душа не позабудет… Николай Рубцов Слайд 3. Актуализация знаний. О чём мы говорили на предыдущем уроке? О биографии В. С какими рассказами-главами из книги писателя вы уже знакомы? О чём же эти произведения? О том, как маленькие герои взрослеют, как формируется их характер. Беседа учителя с учащимися по содержанию рассказа В.

«Фотография, на которой меня нет»: краткое содержание рассказа Виктора Астафьева

Писатели нередко вдохновляются собственной биографией, создавая художественные произведения. Текст испещрен просторечными словами, диалектизмами, архаизмами и прочими фразами, непривычными читательскому уху. Удивительный характер речи сопровождается описаниями традиций, уклада, была и устоев села. Уважаемые читатели!

Виктор Астафьев создал большое автобиографическое произведение, одной из частей которого является рассказ «Фотография, на которой меня нет». Фотография, на которой меня нет - краткое содержание для читательского дневника читать онлайн: подробный, и в то же время очень краткий. Читать онлайн «Фотография, на которой меня нет» автора Виктор Астафьев на Bookmate — Рассказ опубликован в сборнике «Далекая и близкая.

В тексте используются просторечные слова , диалектизмы и архаизмы. Большинство из них встречается в речи бабушки Екатерины Петровны, Авдотьи и других малообразованных жителей Овсянки. Кроме речевой самобытности, в рассказе показаны традиции, приметы и культура сельчан: — Почему кричали, чтоб не бить гадюку через плечо?

"И близких всех душа не позабудет…" В.П. Астафьев. "Фотография, на которой меня нет". 8-й класс

Тема Автобиографический рассказ Астафьева повествует о жизни сибирской деревни в довоенные годы. В рассказе четко прослеживается основная мысль, касающаяся каждого человека. Историческая тема, тема родственных отношений, о которых должен помнить каждый человек, тема дружбы и взаимопонимания, верности и любви — все эти проблемы охвачены в этом небольшом, но содержательном рассказе. В своей истории писатель рассказывает о приезде в деревню городского фотографа. Действие происходит в довоенное время, и это считается значительным событием для каждого из сельчан. Главный герой, вместе со своим другом, намокнув в снегу, заболел, и не смог пойти в школу. Бабушка всеми средствами пытается вылечить внука, чтобы он смог сходить сфотографироваться, но усилия любящей бабушки тщетны, болезнь крепко приковала мальчика к постели.

В.П. Астафьев. Рассказ «Фотография, на которой меня нет»

.

Вы точно человек?

.

Фотография, на которой меня нет - краткое содержание для читательского дневника рассказа Астафьева

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: ФОТОГРАФИЯ, на которой меня НЕТ. Виктор Астафьев
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 3
  1. bappirezfau

    Согласен, эта блестящая мысль придется как раз кстати

  2. Терентий

    Что-то так не получается

  3. Вышеслав

    Кто может мне помоч подробнее в етом разобратся?

Добавить комментарий

Отправляя комментарий, вы даете согласие на сбор и обработку персональных данных